Когда то я уже писал что то подобное, но это было давно и всё уже забылось.. А сейчас что то навалилось, всплыло, шепнуло, пиши мол. Извиняйте за стиль, не литератор я. Так, веление души, маленький отрывочек прошлого, которое ещё не свершилось.

*****


Над осенним великолепием Квел’Таласа пронёсся протяжный вой, неся с собой запах смерти и разложения. Чёрный ворон пролетая над армией нежити издал странный звук, больше похожий на человеческий вздох. Круг замкнулся.
Я видел это раньше, видел во снах, в пророчествах. Я пытался сказать вам о приближающейся беде. Рассказать вам о безумии, о котором я знаю почти всё. Показать вам картину будущего, которого вы могли бы избежать. Но вы были слепы, вы не хотели слушать. Кто будет прислушиваться к пророчествам старого безумца без имени. Когда то у меня было имя, которое заставляло содрагаться сердца каждого. Медив, сын Эгвинн. Хранитель Трисфаля. Вы боялись и почитали это имя. Но я отрёкся от него. Я не имею права произносит вслух своё имя. Своё проклятие. Безродный спятивший маг, которого никто не слушает. Ни ты, Теренас, ни мудрый и старый Антонидас. Только ты услышала, Джайна Праудмур. Но ты ничего не могла сделать, прости. Это была его судьба, он сам её вершил. Не плачь о нём. Я знаю, маленькая волшебница, по ночам ты бьёшься в истериках, и проклинаешь всё. Но это тоже твоя судьба, и ты ещё не знаешь, как она повернётся. Ты должна быть сильной, иначе Альянс обречён, а Даларан останется без сильного и мудрого правителя, в котором он так будет нуждаться после смерти Ронина. Плач, маленькая волшебница, набирайся злобы. Я всё это видел. А сейчас я смотрю, как всё великолепие смерти, которое смог собрать твой дорогой Артас Менетил по пути к славному древнему городу идёт уничтожить то, что древний и гордый народ возводил тысячилетиями. Как умирает Анастериан Солнечный Скиталец, в бесполезной попытке защитить свой город и свой народ. Как ломается под ударом Ледяной Скорби древний клинок Огненный Удар. Как ломается судьба. Твоя судьба, и судьба твоих сестёр и братьев, Сильвана Ветрокрылая. Сегодня ты умрёшь, девочка. Страшно, мучительно. Но это не она. Не твоя судьба. Ты даже не подозреваешь, как вознесёшься. Или падёшь, что впрочем одно и тоже в твоей судьбе. Круг замкнулся. Скоро я освобожусь от своего проклятия. От своего безумия. Это было, и это будет. Опять и опять. Ведь время... Время...
Медив, сын Эгвинн, очнулся. Странный сон отозвался болью в душе. Он знал, что это правда, во сне он видел этот сон сотни раз. И многие другие сны. Знания, пугающие и отвратительные, были доступны ему, Медиву, Хранителю Трисфаля. Саргерасу.
- Сколько... Сколько я спал?
Голос оказался тихим и грубым. Никак не похожим на голос тринадцатилетнего мальчика, которым Медив помнил себя. Саргерас внутри него засмеялся. Андуин Лотар, верный друг, который был всё это время рядом, ухаживал и охранял, не сдавался встрепенулся от дремы и в недоумении уставился на Медива. Тот лежал неподвижно.
- Опять. Опять мне приснилось. Каждый раз я слышу твой голос, старый друг, и каждый раз верю, что ты очнулся. Свет, дай мне силы выдержать это испытание... -горестно прошептал Лотар.
- Андуин, сколько я проспал.
- Двадцать лет... Двадцать лет... Медив! Ты очнулся.. - Андуин был вне себя от счастья, и в смятении не знал что делать, то ли звать клириков, то ли броситься к другу и обнять его.
- Двадцать лет. - эхом повторил Медив. - Круг замкнулся...